Интерьер кухни

Архив рассылки "Кулинарные путешествия во времени и пространстве"

Подписаться на рассылку

Выпуск 27

Михаил Булгаков: Завещание Мастера

Писателю Михаилу Булгакову довелось жить не в самое спокойное и сытое время. Но, несмотря на скромный быт, он обожал принимать гостей. И был в этом большим мастером

Блеск и нищета

Врач у белых в гражданскую войну, он оставил медицину, занялся журналистикой и перебрался с женой в Москву. На Танечке Лаппа Булгаков женился еще студентом по безумной взаимной любви. А теперь их прежняя небогатая жизнь в Киеве казалась потерянным раем: итальянская опера, симфонические концерты в Купеческом саду, кафе на углу Фундуклеевской, ресторан "Ротце"… Как только заводились деньги, Михаил сразу их тратил. Если после ужина в ресторане оставался рубль, а рядом стоял лихач – непременно брал лихача. Но в долги не влезал, предпочитал заложить в ломбард золотишко. На вырученные деньги супруги покупали в магазине "Лизель" полкило колбасы и были сыты неделю. В послевоенной Москве о колбасе оставалось только мечтать.

Булгаков брался за любую работу. Одно время даже сочинял лозунги для Помгола (Общество помощи голодающим Поволжья). За кусок хлеба каждый день писал торгово-промышленную хронику, а по ночам сочинял веселые фельетоны, взбадривая себя пустым кипятком. Он терпеть не мог картофельные котлеты, которые подавали в столовой Окон РОСТа, но выбора не было. Впрочем, и работа была недолговечной, а деньги обесценивались на глазах. Тогда в Москве считали на сотни тысяч и миллионы: "Фунт черного хлеба стоит 4600 рублей, белый – 14 000. Магазины полны товаров – обувь, материи, мясо, икра, семга, балык, горы консервов, апельсины – по чудовищным ценам. Но цены никого не пугают. У витрин толпятся прохожие и смотрят, не отрываясь, на деликатесы. Кафе растут как грибы, кондитерские открываются на каждом шагу; полки завалены калачами, французскими булками, пирожными. Все магазины торгуют русским и заграничным вином, и москвичи берут его нарасхват. До поздней ночи шевелится, покупает и продает, ест и пьет за столиками народ, живущий в не виданном еще никогда торгово-красном Китай-городе".

Так писал репортер Булгаков о возрождении "нормальной жизни". Ему самому эта жизнь была недоступна. Они с женой жили впроголодь, бывало, по три дня не ели совсем.


Чай с булкой и литература

Полегче стало к осени 1922 года: Булгаков прославился очерками для берлинской русской газеты "Накануне". В Москве открылась первая сельскохозяйственная выставка, и ему заказали обстоятельный очерк. Целую неделю Михаил Афанасьевич ездил на выставку и проводил там по несколько часов. Наконец материал был сдан. Особенно подробно автор описал национальные блюда и напитки кавказских и среднеазиатских республик. Аппетитный обзор признали своевременным – ведь эмигрантская печать злорадно писала о голоде в советской России.

В день выплаты гонорара Булгаков принес счет на производственные расходы. Скаредный бухгалтер Калменс был близок к инфаркту: рассчитывая возместить стоимость трамвайных билетов, он получил недельный счет за шашлыки, шурпу, люля-кебаб, фрукты и вина. К тому же на двоих! "Извольте-с видеть, – говорил Булгаков (он всегда изъяснялся по-старомодному вежливо), – во-первых, без дамы я в ресторан не хожу. Во-вторых, у меня отмечено, какие блюда пришлись даме по вкусу. Как вам угодно-с, а произведенные расходы покорнейше прошу возместить". И возместили!

Страницы 1, 2

 

 

(C) 2009. Все права защищены. Перепечатка материалов возможна только при наличии гиперссылки на источник с указанием сайта и автора